«Где они их находят?» — подумал Ратов.

В последнее время стало модно назначать на высокие должности скромненьких маленьких «тихушников» с испуганными глазенками. Они до боли напоминали отличников, измученных зубрежкой и не успевших запомнить половину билетов. «Тихушники» постоянно меняли свои прогнозы и виновато моргали, когда оказывалось, что предсказания не доживают даже до вечера. Но не краснели, не бледнели и тем более не просились в отставку. Щеки оставались все такими же серовато-бледными, а волосики невинно торчали в стороны, как после глубокого послеобеденного сна.

Игорь не мог понять: то ли эти «прорицатели» действительно ничего не знают, то ли выполняют указания вышестоящих начальников, которые ведут свою сложную игру.

«Как там Сиротинушка? Устал он сегодня, расслабился. И жаловался, что его энергичная супруга твердо намерена наряжать елку. Дама упорная — не отступит. Хотя кто знает… Может, сейчас она готовит привезенную с охоты кабанятину. Вообще-то домовитая. Алексей ее побаивается».

После второго звонка трубку взяла Дарья, жена Семенова.

— Это Игорь, — бодро сообщил Ратов.

— Добрый вечер, — отчетливо выговаривая каждую букву, ответила Дарья.

«Плохо дело. Сам погибай, а товарища выручай».

— Как свинья? — деликатно поинтересовался Ратов.

— Какая? — В трубке повисла напряженная пауза. — Та, что пытается елку наряжать? — едко добавила Дарья.

Представив ползающего перед елкой крупногабаритного друга, Ратов счел благоразумным попрощаться, выразив робкую надежду, что мясо дикого кабана Дарье понравится. Добавив про себя еще несколько пожеланий, более смелого свойства, Игорь выцедил большой глоток коньяка.

После свежего воздуха коньяк в сочетании с крепким кофе действовал как снотворное.